Насчет жены харифа, и многого другого, что касалось жизни в крепости, Костика просветила Сая, очень гордившаяся своей временной должностью. Она же и сводила подопечную на восточную галерею третьего этажа, показать расположенный с другой стороны от крепости город.
Ну, если сказать честно, город Костика не потряс. Вот именно такими он и представлял средневековые города по различным фильмам и книгам. Нагромождение разномастных крыш в бедных окраинах и окруженные зеленью острые шпили в богатых кварталах.
Значительно больше понравилась ему открывшаяся с высоты панорама, нескончаемые волнистые зеленые холмы и рощи, и только с юга невысокие скалы. Наверное, те, где прячут свое убежище моряне.
Решительно спустившись с крыльца, и стараясь не обращать внимания на заинтересованные взгляды прочих любителей ранних побудок, Тина направилась в сторону стрельбища. Лук в собственноручно сшитом Саей чехле и пенал со стрелами висели на плече, сверток с едой на поясе. Еда осталась у парня после ужина, от которого он очень ловко увильнул, воспользовавшись своим болезненным видом.
Вечером, после того, как Пруганд представил Костика обществу, обтекаемо сообщив, что это Тина, его новый младший помощник по переговорам с морянами, девушка, опустив ресницы, кротко сообщила, что очень рада познакомиться с господами офицерами, но просит её извинить. Вследствие болезни присоединиться к ним за столом ей пока трудновато.
Ни Тароса, ни Васта на ужине не было, и всеведущая Сая доложила, что они после окончания работы всей толпой отправились к пристани.
— Там и поужинают, после того, как в море как следует отмоются, — подробно объясняла моряна, — а может, прикажут зимнюю баню нагреть, есть у рыбаков такая. Там старый Унг банщиком, мыло у него хорошее, сам варит.
Разумеется, скромной худышке разрешили отправиться в свою комнату, а вскоре поваренок принес туда поднос с едой. Но на этом дело не закончилось. Четверо из офицеров, присутствовавших во время знакомства, Костик не запомнил ни их имен, ни званий, кроме очень серьезного старшего писаря Сазела, поднесли ему после ужина пирожные и фрукты. С пожеланиями поскорее выздоравливать и украсить своей персоной их унылые застолья.
Парнишка скрипел зубами, но вежливо благодарил, эти подношения были нелишними для претворения в жизнь его плана. Встать пораньше и немного потренироваться, пока анлезийцы спят. А без запаса еды он теперь твердо решил никуда не ходить. Как Костик догадывался, пока не в его власти предугадать, когда может случится очередной прорыв способностей.
Во дворике все оставалось так, как было в момент его состязания с Таросом. Видать, эльфов настолько потрясла внезапно свалившаяся шабашка, что им было не до перьев, болтавшихся на шнурках.
Костик аккуратно сложил на скамью свои вещи, снял ту же самую юбку, приведенную моряной в приличный вид, и шагнул к чучелам. Прежде всего нужно отсчитать шаги, чтоб постепенно увеличивать расстояние. По пути заметил нацарапанные на плитах черточки, значит, не он один так думает.
Прежде чем брать лук в руки, парень сделал легкую разминку, смешную даже по его прежним меркам, но вполне достаточную для этого хрупкого тела. Нужно беречь, то, что имеешь, как-то сама пришла здравая мысль, не факт, что выдадут что-нибудь получше.
Разумеется, первая стрела отправилась искать что-то поинтереснее, чем пучок соломы, и вторая за ней. Как и третья, и четвертая. Но постепенно Костик приноровился к непривычно легкому луку, перетянув еще раз тетиву, добился того, что стрелы уходили мягко, без лишнего напряжения и на достаточное расстояние. Примерно через час он уверенно клал пять из десяти стрел в мишень и намеревался за несколько дней улучшить этот результат.
— Мирного дня.
Голос Тароса застал Костика за сбором стрел, но вовсе не врасплох. По раздававшемуся за забором гомону и взрывам хохота пришелец уже догадался, что народ начал утреннюю пробежку и его однополчане скоро притопают.
— Привет, Тарос, — сказал парень вежливо, и страдальчески скривившись, склонился за очередной стрелой, в исполнении его нового голоса даже вежливость звучала заигрывающе.
— Я принес тебе юбку, — строго объявил помощник, — раз испортил твою. Не ходи в таком виде.
— Тарос! — Против желания начал закипать Костик, — а почему ты мной командуешь?
— Я не командую, — видимо, Тарос решил держаться ровно и спокойно, — а советую. Ради твоего же блага.
— Ах, вот как, — Тина бросила на пол несколько только что поднятых стрел, и решительно направилась к квартерону, — будем проводить эксперимент.
— Что? — как-то запаниковал тот, — я больше не буду с тобой драться.
— Что, навоз не понравился? — ну да, некрасиво бить обидчика ниже пояса, но ведь он сам не понимает, что пора угомониться?! — не бойся, больше я тебя бить не буду. Уничтожу морально.
Последние слова Костик предусмотрительно пробормотал про себя.
— Мирного неба, — хмуро буркнула тройка подошедших блондинов, и Костик отметил, что хвосты их волос, выбивающиеся из-под бандан, пушатся и сияют свежей соломкой.
Надо сказать Сае, чтоб купила у банщика мыла, мелькнула деловая мысль, и сгинула, подавленная жарко вспыхнувшим раздражением.
Тарос уже развернул принесенный подарок, и теперь перед глазами Костика струилась и летела легкая, серебристо-синяя ткань новой юбки. Очень длинной и замысловатой, в каскадах оборок, тонких кружев и прочих женских штучек, которым Костик не знал даже названия. И что самое главное, она была невероятно дорогой, судя по тому, как понимающе-нехорошо прищурились пришедшие эльфы.
Купить решил, зло восхитился парнишка и вспомнил об так отлично сработавшем вчера методе из девичьего арсенала. Пожалуй, пора плотнее заняться освоением нового оружия.
— Ах, какая красота, — потупил глазки Костик, и щипнул себя, чтоб не заржать.
Ну, прямо золушка, блин.
— Тебе понравилось? — ох, сколько гордой самоуверенности прозвучало в совершенно лишнем вопросе, заданном только с одной, хоть и неосознанной целью, утвердить себя в праве диктовать свои порядки.
— Очень, — ехидная усмешка все же проскользнула на губы Костика, но он очень надеялся, что она сойдет за счастливую улыбку, — я буду надевать ее по праздникам.
— К празднику я куплю тебе другую, — порадовал Тарос, — а эту наденешь сейчас. Свою тряпку верни Сае.
Сейчас. Бегу и падаю. Раскомандовался, богатенький буратино, едва сдерживал ярость Костик, но вслух сказал совершенно другое.
— Но она такая… — Тина несчастно хлопнула ресницами, — мне неудобно в ней стрелять.
